Бизнес на детях, или Инвестиции души

На правах рекламы

Об упорядочении уральского рынка мини-садиков, о компенсациях за частные сады, о новшествах в системе дошкольного образования и о среде Монтессори говорим с М.Фоминых, креативным директором сети мини-садиков «Маленькая страна».

Досье: Мария Фоминых, креативный директор сети мини-садиков

и председатель правления . С отличием окончила Уральский государственный педагогический университет по специальности «Учитель начальных классов, воспитатель детского дома», работала в школе сначала учителем, затем – организатором внеклассных мероприятий. Образовательным бизнесом занимается 12 лет, из них 5 лет руководит «Маленькой страной». Замужем, сыну 16 лет.

U-mama: Интервью, которое мы с тобой сделали два года назад, я тогда назвала ‘Большое будущее маленьких садиков’. Скажи, оно настало, это большое будущее?

М.Ф.: Мы движемся в него семимильными шагами.

U-mama: Оправдались ли ваши ожидания от создания партнерства?

М.Ф.: Конечно! Мы объединялись с конкретной целью легализовать мини-садики, и мы это сделали. Сейчас поставлены новые цели, для этого нужна реорганизация партнерства: мы хотим создать саморегулируемую организацию (СРО) и прийти к цивилизованным отношениям на рынке мини-садиков.

U-mama: Что это даст?

М.Ф.: Сейчас происходит приведение рынка в легальное состояние. СРО позволит, с одной стороны, контролировать деятельность своих членов, а с другой – избавить рынок от недобросовестных участников. Если ты вступаешь в СРО, ты должен открыть свой бизнес, представить его для проверки, в противном случае это будет означать, что тебе есть что скрывать. А таких участников на рынке быть не должно. Если рынок мини-садиков будет регулироваться СРО, то каждый владелец будет обязан либо вступить в эту организацию, либо прекратить свою деятельность.

U-mama: И как много мини-садиков готовы к такому повороту событий? Сколько вообще это может занять времени?

М.Ф.: Документы в СРО подали 30 участников. Что касается временных прогнозов, их делать всегда сложно, но, думаю, что если нам за два года удалось узаконить мини-садики, то здесь мы справимся за год.

U-mama: Как складывается ваше взаимодействие с государственными структурами, повернулись ли они к вам лицом?

М.Ф.: Да, в этом смысле теперь везде зеленый свет. Заработал механизм взаимодействия и с городскими, и с областными властями. Сейчас мы пытаемся доработать СанПиНы. Они, конечно, сильно изменились, но все равно остаются нюансы, хотя и очень незначительные по сравнению с тем, что было. Эту работу нужно доделывать.

U-mama: А что слышно о компенсациях за частные детсады?

М.Ф.: С этим вопросом ситуация неоднозначная. Те небольшие компенсации, которые сейчас существуют (порядка 600 рублей), распространяются на частные сады, имеющие образовательную лицензию. Что касается мини-садиков, они должны зарегистрироваться в СЭС, и тогда родители тоже смогут получать эту сумму. Параллельно звучат предложения компенсировать родителям их отказ от путевок в муниципальные сады: выплачивать им столько же, сколько государство тратит на содержание ребенка в муниципальном детском саду. Это уже гораздо более существенная сумма – примерно 4500 руб. Но пока дальше разговоров здесь дело не продвинулось.

U-mama: Два года назад в твоем досье я писала «владеет сетью из 4 мини-садиков», сейчас филиалов семь – такой рост, как минимум, впечатляет. Планируете и дальше в том же духе?

М.Ф.: Мы, пожалуй, одна из самых динамично развивающихся сетей в городе в сегменте мини-садиков. Сейчас из семи филиалов три – крупного формата, где выделены младшая и старшая группы, и четыре одногрупповых. В дальнейшем мы все свои садики хотим перевести на 40-местный (двухгрупповой) формат. Это более оправдано как экономически, так и организационно. Деление детей на группы с 1,5 до 3 и с 3 до 7 лет сохраняет принцип разновозрастности и при этом дает лучший эффект. Так что пока будет расти не количество филиалов, а количество мест в существующих филиалах.

U-mama: А вот такой вопрос с форума (я, как говорят форумчане, подписываюсь под каждым словом): «Какое количество садиков, по-вашему, оптимально, чтобы не было ущерба качеству? Или ваша система настолько отработана, что при наличии желания и инвесторов садики можно открывать в каждом дворе, и все они будут качественные?». Действительно, одно дело, когда у вас был единственный садик, вы его холили и лелеяли, и там все было отработано и гладко. И другое дело, когда садиков много. Есть ли предел роста?

М.Ф.: Вообще мне очень нравится число 12. Что касается отработанности системы, принцип у нас следующий. Прежде чем открывать новый садик, мы всегда «подгоняем» под него инфраструктуру – аналогично с тем, как перед строительством объекта сначала строят к нему дорогу. У нас централизованное управление: все процессы, которые составляют работу садика, контролируются из центрального офиса. И мы сначала расширяем офис, набираем персонал, доводим структуру до нужного уровня и только потом открываем садик. Такой подход позволил нам в этом году безо всяких потрясений открыть сразу 60 новых мест.

U-mama: Где вы взяли одномоментно столько педагогов, готовых сходу работать по системе Монтессори?

М.Ф.: В те садики, которые открылись в феврале-марте, персонал мы набирали и обучали с декабря, чтобы к февралю получить устраивающих нас специалистов.

U-mama: И какие специалисты вас устраивают?

М.Ф.: Требований к педагогам у нас два. Во-первых, это профессионализм, то есть понимание того, что ты делаешь и зачем, а во-вторых, это желание меняться, познавать новое, постоянно самосовершенствоваться. Все воспитатели у нас с высшим педагогическим или психологическим образованием, и дополнительно к этому они проходят двуступенчатое внутреннее обучение. Мы присваиваем каждому внутреннюю категорию, и 4 раза в год педагог имеет возможность пройти аттестацию на повышение категории.

U-mama: Нечасто услышишь о системе внутренней аттестации в мини-садике. Для воспитателей это, наверное, неплохой стимул для роста.

М.Ф.: Да. К тому же, от этого зависит их зарплата.

U-mama: Бывает ли так, что более опытных и квалифицированных вы переводите из «старых» филиалов в новые?

М.Ф.: Такое случается, но нужно понимать, что любому человеку необходимо развитие. Поэтому если мы и переводим кого-то, то эти люди уходят с повышением. Например, человек работал воспитателем, а переходит на должность старшего воспитателя. Такой процесс абсолютно нормален, это называется карьерным ростом.

U-mama: Хорошо, вот вы расширились, открыли новые места, все прошло в рабочем порядке, без сбоев, новые группы заработали, все довольны. Но ведь существует масса рабочих моментов, которые нужно постоянно контролировать: качество пищи, состояние помещения и площадки, доброжелательность педагогов, взаимодействие с родителями… Когда садик один – все понятно. Но ведь их семь! Как вы справляетесь?

М.Ф.: У нас существует специальная программа по контролю качества. За соблюдение стандартов качества отвечает отдельный специалист. Есть внутренний аудит: периодически проводятся разные проверки от выезда учредителя до комплексной проверки методическими силами. В частности, наш методист Оксана Ильченко дважды в год работает во всех филиалах по очереди (по одному дню с каждым из воспитателей), проверяя реализацию принципов Монтессори и отслеживая профессиональное развитие педагога. Так что просто пройти аттестацию и получить категорию недостаточно. После дня такой работы бок о бок мы получаем гораздо больше информации: становится ясно, понимает ли педагог то, что он делает, и насколько он добросовестно относится к своей работе. Далее, у нас очень сильна обратная связь. Одно дело, когда клиента все устраивает, и он везде оставляет о нас только положительные отзывы. Но еще очень важно, чтобы человек не замалчивал проблемы, а вовремя о них сообщал, и нужно место, где он мог бы высказаться. Для этого у нас есть сайт и форум. Ну и, разумеется, наш личный контакт, мы всегда открыты для клиентов и готовы помочь.

U-mama: Как ты думаешь, почему на садики под вашим брендом такой спрос со стороны родителей? Для наших читателей скажу, что это не пустой рекламный вопрос, я знаю по своему старшему ребенку, что свободных мест в существующих филиалах либо нет совсем, либо их крайне мало и на них очень быстро находятся желающие.

М.Ф.: Мало того, часто бывает и так, что ребенок еще не ушел, а на его место уже готов прийти другой ребенок: заключен договор с открытой датой, внесен обеспечительный платеж, и родители ждут освобождения этого места. Действительно, существует небольшая очередь, причем уже с заключенными договорами.

U-mama: Так что же это – грамотный пиар? Или за раскрученным именем стоит что-то более важное?

М.Ф.: Пиар нужен любому бизнесу. Но это должен быть честный, добросовестный пиар. Все, что мы о себе рассказываем, – правда. И, кроме того, я всегда помню о том, что я занимаюсь бизнесом в совершенно особом секторе экономики. Да, я зарабатываю деньги на детях, но это такой сектор, где очень важен моральный аспект. Ребенок – пожалуй, самое ценное, что у нас есть. И нельзя его подвести. Нельзя к этому относиться просто как к бизнесу. В педагогике всегда обязательно вложение душевных сил, а это деньгами не измеряется. Может быть, люди это чувствуют. Ну а если говорить более конкретно, я думаю, дело в соотношении цены и качества.

U-mama: Лично для меня это соотношение в том, что за моим ребенком не только присматривают, пока он методом проб и ошибок учится взаимодействовать со сверстниками, и не только занимаются по стандартной программе, в строгих рамках, пусть даже и с замечательным педагогом, как это было у нас в муниципальном саду. В «Маленькой стране» он находится в особой среде, где и чувствует себя совершенно иначе.

М.Ф.: Да, основной наш принцип – мы давным-давно ушли от урочной системы. В отличие от муниципальных садиков. Там группу абсолютно разных детей усаживают за парты и учат одному и тому же. Существуют программы, в которых написано, чему учить в сентябре, а чему – в апреле. При этом не берется в расчет, что кто-то из детей это уже давно знает и не нуждается в том, чтобы его этому учили. В системе Монтессори нет уроков. И в «Маленькой стране» мы тоже от них отказались, потому что это неэффективно именно в дошкольном детстве. В дошкольном детстве мы должны создать вокруг ребенка среду с максимумом возможностей. У него должен быть доступ к множеству областей знаний, в каждой из которых он в силу своей природной предрасположенности может продвинуться на определенное расстояние. В математике он, например, может запросто сам пройти до умножения и деления, если его не принуждать, а просто позволить ему заниматься этим тогда, когда ему это интересно. В другой области, например в естественных науках, ребенок вполне способен проникнуть в суть разных явлений – и магнетизма, и диффузии, и движения планет, мы только должны ему предоставить возможности и соответствующие пособия, ведь на пальцах этого не объяснишь. Чтобы объяснить магнетизм, нужно взять в руки магнит, показать ребенку и дать ему поэкспериментировать. И так в любой из областей. Поэтому мы в своих садиках стараемся создать вокруг ребенка развивающую среду. У нас, например, нет занятий английским языком. У нас приходит педагог и работает как воспитатель: она соблюдает все режимные моменты, гуляет с детьми, собирает на прогулку, читает книжки, играет в игрушки и ролевые игры, только происходит это все на английском языке.

U-mama: Ваша Мисс Энжел – просто уникальная находка, сын в нее влюблен! Уход от занятий и их замена игрой, кстати, декларируется и в новых федеральных требованиях к образовательным программам детских садов. Как ты вообще оцениваешь то, что происходит сейчас в системе дошкольного образования?

М.Ф.: Я считаю, что мысль в целом правильна. В нашем дошкольном образовании произошел сильный перекос в сторону обучения: сначала мы начали готовить детей к школе с 6 лет, потом подумали, а почему бы не начать с пяти, с четырех, с трех, с двух… И сейчас у нас есть школы развития, в которые берут детей с года! Вдумайтесь: ребенок в год поступает в школу. Постепенно подтянулись и садики, где тоже стали сажать двухлетних детей за парты и готовить их к школе. В итоге мы имеем абсурдную ситуацию: основная деятельность в дошкольном детстве – игровая, а у нас она везде заменена на учебную. Все программы, по которым работают детские сады, – это именно учебные программы для дошкольников. Что абсолютно не правильно. Вторая деятельность, которая важна в дошкольном детстве, – это поисковая деятельность. Ребенок ищет знания. Он не принимает их в готовом виде, ему нужно прийти к ним эмпирическим путем. Поэтому, с одной стороны, изменения в системе дошкольного образования, в том числе, и программа «Успех», которую пытаются ввести, – это правильно. Да, пусть лучше дети получают знания из бесед, из наблюдений, из экспериментов, из правильно организованных игр. Но беда в том, что в большинстве муниципальных детских садов реализовывать эту программу просто некому. В нынешних программах есть четко прописанный учебный план, есть методичка с расписанными конспектами занятий, так что даже начинающий воспитатель способен открыть конспект и провести по нему занятие. Программа с более свободным планированием деятельности детей и тех знаний, умений и навыков, которые педагог хочет в них вложить, требует от специалиста гораздо более высокой квалификации. Он не просто должен чему-то научить, ему нужно сначала поставить перед собой цель, разложить цель на задачи, понять, как он будет реализовывать каждую из этих задач, и только после этого предложить знания детям. В существующих муниципальных садах персонал, в основной своей массе, просто не сможет реализовать это в той мере, в которой это хотело бы видеть государство.

U-mama: На форуме был задан вопрос: не начнется ли в связи с этим отток из «муников» в «миники»?

М.Ф.: Думаю, рано или поздно произойдет некое перераспределение. Есть люди, которым в силу обстоятельств нужно за небольшие деньги отдать своего ребенка под присмотр и выйти на работу, и для таких людей решающим фактором всегда будет цена. Но существует и вторая категория родителей, которая понимает, что дошкольное детство – такой период, когда у ребенка формируется масса психических процессов, когда он впитывает все, как губка, и таких родителей не устраивает просто отдать ребенка куда-то «на хранение». Им важно найти такое детское учреждение, где их ребенок не просто был бы под присмотром, а использовал бы время с максимальной пользой. Вот эти люди, думаю, постепенно перейдут в частные детсады, где все-таки развивающая функция реализована лучше – и в силу квалификации педагогов, и в силу материальной базы.

U-mama: А сейчас у вас в садиках есть дети, получившие путевку в муниципальный сад, но отказавшиеся от нее в пользу «Маленькой страны»?

М.Ф.: Таких примерно 20% – это либо те, кто не берут путевки, даже если им предлагают, либо те, кто вообще не встают на очередь. Есть дети (им сейчас года по полтора – два), чьи мамы узнали о нас, будучи беременными, и уже тогда решили, что отдадут своего ребенка именно в «Маленькую страну». И такой «молодой поросли» все больше и больше.

U-mama: Кроме моего Сережи, есть ли еще такие, кто переходит из муниципальных или ведомственных садов? Как, по твоим наблюдениям, у них проходит адаптация к новым условиям?

М.Ф.: Да, такие тоже есть. У меня впечатление, что ребенок переходит к нам – и у него как будто какой-то груз падает с плеч. И он расправляет крылья. Маленький человечек вдруг узнает, что можно быть личностью, можно где-то более свободно действовать…

U-mama: Да-да-да, некоторые вот, в частности, даже грубить взрослым направо и налево начинают…

М.Ф.: И это тоже! У ребенка же еще не сформирована система правил. Мы ее только пытаемся создать, а пока ребенок пробует на ощупь определить границу между «можно» и «нельзя» и, по возможности, эту границу отодвинуть на нужное себе расстояние. Это совершенно нормально и объяснимо. У всех адаптация проходит очень легко, детям здесь комфортно. Скорее есть обратная проблема: к нам на лето, на время закрытия муниципальных садов, традиционно приходят дети оттуда, мы их принимаем по специальному, летнему, договору. И вот после этих 1,5-2 месяцев у родителей возникает проблема увести их обратно! Но обстоятельства есть обстоятельства, и нынче мы наблюдаем, что те, кто ходил к нам по летним договорам в прошлом году, собираются прийти и на предстоящее лето, рассматривая это для ребенка как некий бонус. Нет возможности отдать к нам ребенка на целый год – отдают хотя бы на лето.

U-mama: Да уж, попробуй только предложи сейчас моему сыну обратно в муниципальный! А как в школу? Сколько наблюдаю разных мини-садиков в близлежащих дворах, везде ходят малыши лет до 4. Иногда родители и рады бы отвести 5-летку в миник, но справедливо сомневаются: «Что он будет там делать один среди маленьких?» Как с этим у вас? Сколько детей возраста старшей и подготовительной группы?

М.Ф.: У нас в этом году выпускается 8 детей и на следующий год их будет 15-17. Кстати, выпуск следующего года – это первый выпуск, когда дети пришли к нам в 2-летнем возрасте и прошли весь цикл развития, который мы предлагаем.

U-mama: Чем занимаются с будущими первоклассниками?

М.Ф.: Для таких детей у нас существует индивидуальная программа подготовки к школе. Ребята встают с дневного отдыха на полчаса раньше остальных и индивидуально с воспитателем занимаются по тетрадям с печатной основой, обобщая и структурируя свои знания. В ходе этих занятий мы смотрим, где у ребенка слабые места и на что нужно обратить более пристальное внимание в последний год перед школой. Обычно таких моментов у ребенка немного. У кого-то это подготовка руки к письму, у кого-то внимание, у кого-то память. И мы целенаправленно работаем над такими «проблемными» зонами.

U-mama: Можно ли посещать такие занятия отдельно? На форуме спросили, есть ли у вас курсы подготовки к школе.

М.Ф.: Нет, таких курсов нет. Иногда родители просят взять ребенка на полдня или на неполную неделю. Но, несмотря на то, что такая возможность предусмотрена в наших тарифных планах (при условии наличия свободных мест), мы все-таки за полный день. Потому что наша система – не урочная. У нас создана среда, в которой, чтобы получить результат, ребенок должен находиться определенное количество времени. И тогда это количество перейдет в качество. Скажем, педагог по английскому может прийти с утра, а может – вечером. Или проходит погружение, когда мы выбираем определенную тему (скажем, «Транспорт» или «Космос»), под которой 2 недели работает весь садик: читают книги, делают поделки, акцентируют внимание на этом в кабинете Монтессори и т.д. То есть ребенок в этой теме живет и получает определенный объем информации. Чтобы взять максимум, нужно быть в садике целый день. У нас, кстати, нет никаких домашних заданий, даже для 6-летних детей: того, чем ребенок занимается в садике, ему с лихвой хватает, чтобы потом спокойно пойти в школу.

U-mama: Вообще как ты относишься к подготовительным курсам, без которых сейчас не обходится ни одна школа повышенного статуса? Это еще один вопрос с форума.

М.Ф.: Плохо отношусь.

U-mama: Потому что за парты раньше времени садят?

М.Ф.: И поэтому тоже. Кроме того, давайте не будем называть это обучением. Это смотрины. И надо отдавать себе отчет, что мы водим туда ребенка, чтобы педагоги увидели, какой он замечательный, и взяли его к себе. Так что курсы существуют только для того, чтобы посмотреть и отобрать детей. Причем уже наученных детей.

U-mama: В прошлом году у «Маленькой страны» был первый выпуск. Вы отслеживали, как ребята адаптировались к школе?

М.Ф.: Да, мы общаемся с их родителями, со всеми у нас сохранились хорошие отношения, и мы обязательно попросим написать отзывы по окончании первого класса, рассказать, как у ребят сложилась школьная жизнь. Как показывает практика, особых проблем у них нет. Больше всего мы боялись за дисциплину: как они от нашего круга, от нашей свободной деятельности пересядут за парты. Но дело в том, что в 7 лет у ребенка происходит переворот в сознании, и он переходит от игровой деятельности к учебной. И если ребенок в дошкольном детстве вдоволь наигрался, то к учебной деятельности он переходит достаточно легко. А так как Монтессори – это еще и определенная система правил, а школа – это тоже система правил…

U-mama: И вот, может быть, система Монтессори даже лучше подготавливает к восприятию системы правил, чем среда в традиционных садиках. Ведь эти правила здесь, в «Маленькой стране», настолько четкие, естественные, что доводятся до уровня автоматизма, а в муниципальном саду, где 25 детей и один педагог, ты можешь прибрать за собой игрушки, а можешь схитрить, тихонечко отсидеться в уголке и дождаться, когда это за тебя сделают товарищи по группе… Так, во всяком случае, было у моего сына.

М.Ф.: Совершенно верно! Ну и, конечно, многое зависит от индивидуальных особенностей ребенка: если он шустрый, энергичный, то система его не переделает. Она его немножко успокоит, введет в какие-то рамки. Если ребенок более спокойный, ему будет чуть проще.

U-mama: А нарисуй картинку идеальной начальной школы?

М.Ф.: Для меня идеальная начальная школа – это школа по Монтессори. У самой Марии Монтессори система была разработана до 12 лет, я ее вижу до 11 лет, то есть начальная школа плюс пятый класс. Я считаю, что было бы идеально, если бы до этого возраста ребенок продолжал обучаться и развиваться в среде Монтессори. А вот в 11-12 лет он уже может сесть за парту и начать сознательно учиться по более взрослой, урочно-семинарской системе. Мне кажется, что современная школа убивает познавательный интерес, причем очень быстро. В первый класс все дети приходят с горящими глазами, они все хотят учиться. К концу первого класса мы наблюдаем, что у большой части детей этот интерес пропадает, а к концу начальной школы остаются лишь единицы, у которых продолжают гореть глаза. Причин здесь много. Например, Роберт Кийосаки говорит о том, что у человека девять сфер талантов, а наша школа задействует только полторы. И к концу начальной школы интерес остается только у тех детей, у которых школа затронула вот эти их полторы сферы. А что делать тем, у кого таланты в других областях? …

U-mama: Есть ли в планах «Маленькая Большая страна»?

М.Ф.: Планов вообще громадье. Мы сейчас запустили линию по выпуску своих пособий по системе Монтессори, это мои авторские разработки. Моя мечта – написать учебники для начальной школы по системе Монтессори, то есть, по сути, создать начальную монтессори-школу. Но это, конечно, очень долгосрочная перспектива.

U-mama: Насколько долгосрочная? Успеют ли мои дети поучиться в такой школе?

М.Ф.: Дай бог, чтобы твой младший туда пошел. Но мои внуки точно пойдут!

Другие вопросы с форума

Вопрос: Планируете ли вы открыть филиалы на Сортировка и ЖБИ?

Ответ: В ближайшей перспективе нет. В дальней – возможно.

Вопрос: Существуют ли скидки, если детсад посещают два ребенка из одной семьи?

Ответ: Нет, таких скидок нет.

Вопрос: Как решается вопрос с оплатой на время летнего отпуска и в случае, когда врачи не рекомендуют посещать детсад в течение длительного срока?

Ответ: Если ребенок проходил к нам по основному тарифу более 6 месяцев, то во время оздоровительного периода (с 15 мая по 15 августа), когда сокращаются занятия и нет приходящих специалистов, у вас есть право на 2 неоплачиваемые недели (10 рабочих дней). Если по медицинским показаниям ребенку рекомендовано воздержаться от посещения детского коллектива, мы можем «заморозить» договор на срок от 3 месяцев до года.

Вопрос: Как вы взаимодействуете с ТСЖ, в частности, по вопросу площадки для прогулок? Какие требования к прогулочным площадкам звучат в новых законах?

Ответ: Мы стараемся дружить с ТСЖ: всегда проще договариваться, чем воевать. Поэтому везде, где мы открываем детский сад, в первую очередь мы идем к руководству ТСЖ. Как правило, мы предлагаем построить площадку или улучшить существующую, и они с радостью на это соглашаются. Большинство наших площадок огорожены, и ограждения мы строили сами. Поддержка чистоты и исправности на этих площадках – тоже наша ответственность. По новым СанПиНам требования к площадкам для мини-садиков упрощены: для прогулок сейчас можно использовать парки, скверы, бульвары, придомовые территории, которые не требуют специальных ограждений.

Вопрос: Что вы посоветуете жильцам дома, в котором мини-садик находится на 6 этаже, а владелица не идет на контакт и не участвует в расходах на содержание дома и придомовой территории?

Ответ: Жильцы могут написать письмо в прокуратуру или в любой надзорный орган, и по суду будут приниматься определенные меры. Конечно, не у всех есть время на эти процедуры. В ближайшем будущем, я надеюсь, такими недобросовестными участниками рынка (а в данном случае, это явно недобросовестный участник, поскольку на 6 этаже размещение мини-садика по СанПиНам запрещено) будет заниматься СРО – саморегулируемая организация, которую мы сейчас создаем.

Вопрос: Готовы ли вы к тому, что из-за демографического кризиса 1990-х гг. потребность в дошкольных учреждениях сойдет на нет?

Ответ: До 90-х годов рождаемость не упадет уже никогда, этого не прогнозируем ни мы, ни городские власти. По их прогнозам, к 2015 году ожидается пик рождаемости, а потом произойдет снижение до уровня 2013 года, то есть все равно уровень будет выше, чем есть сейчас.

Вопрос: Правда ли, что для вступления в Ваше некоммерческое партнерство нужно внести 10000 рублей?

Ответ: Есть бренды и их владельцы, которые никогда не вступят в наше некоммерческое партнерство, потому что их деятельность не соответствует тем стандартам, которые мы предъявляем к членам своего партнерства. И никакие деньги им не помогут.

Вопрос: Вы с помощью некоммерческого партнерства пиарите только «Маленькую страну». Для этого было создано партнерство?

Ответ: Для чего партнерство создавалось, я рассказала выше. Иногда люди не отдают себе отчета, что у меня по сути две должности. С одной стороны, я являюсь председателем НП «Мини-садики Свердловской области», а с другой, я креативный директор сети ЦУДов «Маленькая страна». И, по всей видимости, возникает определенная путаница, хотя я сама всегда разделяю, где я занимаюсь общественной деятельностью, которая касается всех мини-садиков, и выступаю от определенного сообщества, и где я говорю за себя как за руководителя «Маленькой страны».

Вопрос: Ты такая деятельная, как относится муж, семья к твоей работе? Как удается совмещать работу и семью?

Ответ: Мой муж – это мой соратник и самый близкий мне человек. Он всегда с уважением относится к тому, чем я занимаюсь, и помогает мне по мере сил. Между нами нет никакого недопонимания. Что касается сына, он уже взрослый, и он тоже с интересом наблюдает за моей деятельностью. Может быть, иногда ему и не хватает моего внимания, но я стараюсь, чтобы мое время разделялось пропорционально между семьей, друзьями и бизнесом.

Вопрос: Самый большой взлет и самое больное падение за то время, что ты в этом бизнесе?

Ответ: Самый большой взлет – это узаконивание мини-садиков. Самое больное падение – уже трижды мне не удается купить один объект. Буду пытаться в четвертый раз.

Вопрос: Какие качества характера помогают удержаться на плаву?

Ответ: Оптимизм и вера в то, что ты делаешь. Причем иногда кажется, что эта вера какая-то абсолютно необоснованная и безумная. Но я ничего другого не умею и не хочу, потому что очень люблю то, чем я занимаюсь.

Вопрос: Насколько велика доля везения?

Ответ: Везет тому, кто сам везет.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
shkolnikoff.ru
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: